Коррупция: казнить, нельзя помиловать

Информация Новости

В  информационно-аналитическом журнале «Элита Татарстана» вышло интервью Сопредседателя ПАРТИИ ВЕЛИКОЕ ОТЕЧЕСТВО Николая Викторовича Старикова. Разговор с корреспондентом шел о коррупции и мерах борьбы с ней. Напомним, что в Программе ПВО говорится о возвращении в Уголовный Кодекс высшей меры наказания за коррупцию в особо крупных размерах наряду с такими преступлениями как измена Родине, преступления против детей, распространение наркотиков, терроризм. Также ПВО считает необходимым возвращение статьи «Конфискация имущества» по таким преступлениям.

Откуда взялись российские олигархи? Как им удалось скупить в собственность всю страну? Насколько уроки противоборства с ними окажутся полезными в борьбе с коррупцией? Подробности в материале журнала «Элита Татарстана».

Источник: http://www.elitat.ru/one/7/1423056575.pdf

 

Николай Викторович, по вашему мнению, олигархи являются западным проектом и придуманы специально для передачи народного достояния в руки западных компаний и легального вывода активов России за рубеж. Как создавался этот проект и происходил «распил» бывшего советского имущества?

— Момент первоначального накопления капитала — это всегда очень сомнительный период: совершаются преступления, убийства, обманы. У нас это все пришлось на девяностые годы. И если в этот момент сомнительной законности какая-нибудь British Petroleum или другая известная корпорация пришла бы на наш рынок, и в рамках вот этих полужульнических схем получила бы общенародную собственность, то, во-первых, это вызвало бы недовольство народа, во-вторых, недовольство в адрес конкретных корпораций. Поэтому была создана некая «прокладка» между общенародной собственностью и собственностью, которая должна была попасть в руки международного капитала. Она называется «олигархи».

То есть это не просто какие-то дельцы, имевшие подпольные бизнесы в Советском Союзе и вдруг получившие возможность обладать огромной собственностью?

— Помните анекдот, когда одного миллиардера спросили о том, как он заработал свои деньги? «Как заработал? Очень просто. Купил яблоко за доллар, помыл, продал за два доллара. Потом купил два яблока, помыл, продал их за четыре. А потом умерла тетя и оставила мне миллион». Точно так же и олигархи — для покупки российской промышленности, которая являлась общенародной собственностью, они получили много денег «от тети». Цель одна — некоторое время ею поуправлять, а потом продать Западу. За это они получали поддержку Запада, а также возможность жить безбедно. Как проходила приватизация? Каждому человеку раздали по ваучеру. А в момент скупки заводов те, кто получили контроль над ними, привозили туда грузовиками эти ваучеры. Откуда они их взяли? Купили у населения. А откуда они взяли деньги?

Для того чтобы Запад получил контроль над экономикой, кто-то должен был эту экономику сначала выкупить. И нужно было дать этим людям первоначальные серьезные деньги. Потому что, вы понимаете, никакой фарцовщик, продающий джинсы, накопивший десять тысяч, пусть даже сто тысяч долларов, не сможет купить такой завод, как, скажем, «Норильский никель».

Хорошо, деньги получены, но как только-только вылупленные нувориши могли выгодно купить обще народную собственность, причем главную?

— Для этого были придуманы залоговые аукционы — жульничество чистой воды. Государство берет бюджетные деньги и размещает в каком-нибудь коммерческом банке. После чего (у государства денег же нет) оно берет у того же самого банка деньги в долг. Здесь важный момент: сначала дали ему деньги под маленький процент, а потом под большой у него же взяли сами, а в виде гарантии оставили в залог этому банку, условно говоря, акции «Норильского никеля» или какой-нибудь нефтяной компании, из которой потом появится, например, «ЮКОС». Как вы понимаете, в нужный момент государство не может отдать деньги банку.

А поскольку государство не расплатилось по своим обязательствам, то предприятие, уже заложенное, переходит в руки олигарха…

— Совершенно верно, государство дало ему деньги, и на эти же деньги потом фактически еще отдало ему предприятие! Такой же результат получали, реализуя другие схемы, например, умышленное банкротство предприятий с последующей их продажей как «убыточных» на залоговом аукционе. А нам это все подавалось под соусом того, что государственная экономика неэффективна, надо срочно все отдать в эффективные частные руки. Подобным образом прошел первый этап приватизации. Параллельно с этим шел процесс уничтожения ведущих предприятий военно-промышленной отрасли, в которой были заинтересованы американцы. Государство просто перестало давать им заказы. Многие предприятия банкротились. Очень часто американские корпорации покупали своих конкурентов, но не с целью развития, а с целью их закрытия. Делалось опять же очень просто: через своих людей в правительстве получается контроль над каким-то предприятием, а дальше удивительным образом почему-то никто не вкладывает в него деньги.

Давайте вспомним дело Ходорковского, который недавно вышел из тюрьмы. Западные СМИ опять запели свои песни «про невинно посаженного узника совести», хотя согласно решению суда в России у «ЮКОСа» национализировали имущество, забрав его за налоговые долги. Хорошо известно, что все нефтяные активы компании — это бывшая госсобственность, фактически украденная путем приобретения ее в период ельцинского беспредела за копейки. Его посадили, как видим, по официальной версии, за налоговые преступления, но фактически власть не дала ему купить государство на американские деньги. Ходорковский незадолго до ареста встречался с Джорджем Бушем-старшим, были готовы все документы по продаже контрольного пакета акций «ЮКОСа» американскому консорциуму нефтяных компаний. Ходорковский тем самым решал свою проблему «обналички» безналичного капитала, существующего в виде инфраструктуры, и получал взамен живые доллары вне России. А что получала Россия, если бы сделка осуществилась? Ходорковский — человек нежадный и налоги со сделки заплатил бы — около восьми миллиардов долларов. Остальные деньги в Россию не попали бы.

Получается, ни о каких «инвестициях» там и речи не было?

— Верно, но это лишь внешняя канва сделки. На самом деле Ходорковский продает вовсе не «ЮКОС». В этом нетрудно убедиться: «ЮКОС» в ту пору — это почти треть нефтяной отрасли России, которая обеспечивает, по оценкам специалистов, до 10-15% бюджета страны. (Совокупные доходы всей нефтяной отрасли в то время приносили до 30-40% бюджета страны.) Для сравнения, затраты на оборону были на уровне 13,5%, а какой-нибудь науки на этом фоне и вообще не было видно. Практически это означало, что власть в России, если сделка осуществится, перейдет к новому владельцу «ЮКОСа», и страна будет жить и существовать исключительно по его воле и с его разрешения, ибо власть над 5-10% бюджета страны — это полная власть над страной. А теперь представьте себе, что иностранный владелец, нормальная, между прочим, бизнес-практика, возьмет да и пригрозит закрыть «ЮКОС»? Мало того, что сто тысяч работников самой компании будут выброшены на улицу, они потянут за собой и миллионы тех, кто работает на «ЮКОС» в других отраслях.

Иными словами, в руках у владельцев «ЮКОСа» мог оказаться мощнейший рычаг для создания крупномасштабных политических кризисов в любой желаемый момент и беспрецедентного давления на российскую власть?

— И противопоставить этому давлению власти будет нечего. Даже национализировать эту собственность будет невозможно, так как — и это правильно — собственность священна, и США получат полное моральное и юридическое право собственность своих граждан защищать любыми способами, вплоть до военных. Иными словами, пресловутые $25 млрд., о которых идет речь в сделке с «ЮКОСом» — это цена не самого «ЮКОСа» — это посреднические деньги за приобретение власти над Россией третьей силой.

Российская власть и Россия в целом были поставлены перед труднейшим выбором: согласиться на сделку и тем самым фактически продать суверенитет России за $8-10 млрд. в виде налога от сделки или любыми средствами ее остановить? При такой постановке вопроса кажется совершенно очевидным, что допустить осуществление сделки, задуманной Ходорковским, нельзя было ни при каких обстоятельствах. Она должна была быть остановлена любой ценой, ибо нет выше потери для России, чем потеря суверенитета. Путин использовал посадку Ходорковского для того, чтобы намекнуть всем олигархам о том, как они должны себя вести. Именно сомнения Ходорковского в силе Путина сослужили олигарху плохую службу.

Получается, что власть начала договариваться с олигархами, но договариваться с позиции сильнейшего?

— Очень часто те, кто оценивает российскую политику, говорят о том, что олигархи крутят властью. Они продолжают оказывать влияние и на политику, и на экономику, но властью уже не крутят. Сегодня на пути дальнейшего развития страны стоит коррупция, и необходимо, чтобы у чиновников и крупного бизнеса, замешанных в махинациях, не оставалось никаких сомнений — рано или поздно они все получат по заслугам.

Именно поэтому Владимир Путин акцентировал внимание на этой «язве» российского общества.

— В абстрактное для нашего сознания слово «коррупция», которое было распиарено либералами, я предпочитаю вкладывать вполне конкретный и истинно русский смысл — взяточничество и казнокрадство. В России есть проблема казнокрадства и проблема взяточничества. Сначала нужно каленым железом выжечь казнокрадство, потом повысить доходы представителей «взяткоопасных» профессий и после этого пытаться ограничить их взяточничество. Для меня очевидным фактом является осознание того, что победить взяточничество внизу невозможно до тех пор, пока не будет сведено на нет казнокрадство наверху. Сложно объяснить мелким взяточникам, которые в большинстве случаев просто добирают себе «положенное», имея унизительно низкий уровень доходов, что поступают они нехорошо. Какие при этом могут быть аргументы? Никаких. На фоне процветающего казнокрадства мелкий взяточник просто рассмеется вам в лицо. И это в лучшем случае. В худшем может и в ухо заехать.

Вопрос стоит так: или мы искореняем казнокрадство и взяточничество, или мы не сможем воссоздать сильную независимую державу?

— Нас просто не будут уважать, пока на просторах от Кремля до Владивостока будет слышно, как пилят бюджеты. Никакое движение вперед невозможно, если 60% будет украдено, а на оставшиеся 40% будет имитироваться деятельность. Такая имитация не приведет к рывку вперед. Не хватит никаких Стабфондов. Это беда для всей страны и каждого ее гражданина. Украденные бюджетные деньги — это НЕпостроенный садик, НЕотремонтированная дорога, НЕдостроенная больница…

Мы все должны понимать: борьба с коррупцией, которую объявил наш Президент, — это борьба не только с самим явлением, это нечто большее. Это борьба с продажностью элиты. Продажностью даже не по экономическим мотивам, а с более страшной, если угодно, геополитической продажностью. Это борьба за право России оставаться суверенной державой.

Жесткие ограничительные меры для высшего чиновничества, которые вводятся сегодня или уже действуют, позволяют надеяться, что на госслужбу придут люди, для которых интересы государства будут превыше всего. Удар по коррупции должен быть нанесен мощный и безжалостный. Нет задачи сажать всех, надо прекратить процесс. Прижечь язву.

В недавнем Послании Федеральному Собранию Владимир Путин сделал жесткое предостережение — рассматривать нецелевое использование или хищение бюджетных ассигнований как прямой удар по национальной безопасности. Каким образом, на ваш взгляд, можно решить проблему?

— Для этого необходимо вывести дела по коррупции из-под юрисдикции суда присяжных, создать специальные суды для рассмотрения таких дел. Вместе с этими мерами вернуть в Уголовный кодекс смертную казнь за хищения в особо крупных размерах и отказаться от моратория на применение смертной казни в исключительных случаях, к которым отнести коррупцию, терроризм и преступления против детей.

Николай Викторович, и журналисты, и аналитики, комментируя Послание, назвали сенсационным предложение Президента о проведении полной амнистии капиталов в случае их возвращения в Россию и окончательном закрытии офшорной страницы в истории нашей экономики. Не является ли оно предупреждением хозяевам зарубежных капиталов: ребята, борьба с олигархатом и коррупцией необратима, так же государство не будет мириться и с офшоризацией экономики?

— Мы с вами понимаем, что это такое — деньги выводятся из России, крупный бизнес находится под юрисдикцией чужих государств. В России как бы нет своей экономики. Мало того, что бизнес зачастую судится не в нашем суде, а, вывозя средства за рубеж, становится уязвимым для давления со стороны Запада. Кстати, среди владельцев офшорных счетов и пакетов акций политиков и чиновников не меньше, чем промышленников и коммерсантов, да и грань между ними совершенно условна.

Еще в июне 2013 года экспертами вашей партии совместно с академиком С.Глазьевым и его коллегами был подготовлен фундаментальный труд «Доклад по деофшоризации», в котором четко прописано, за счет чего можно решить эти задачи.

— Наш рецепт прост и эффективен: расположить цепочки собственников бизнеса и конечного бенефициара в российской юрисдикции, перекредитовать бизнес российскими финансовыми структурами, снизить до достижимого минимума использование офшорных «прокладок» в международной торговле. Именно об этом говорил и Путин в Послании.

Возвращение капиталов в Россию и налоговая амнистия наряду с деофшоризацией являются важными средствами достижения поставленных перед государством целей: в жизни и в экономике правило всегда одно и то же — должен быть кнут, но должен быть и пряник. Хочу особо отметить однозначную решимость Президента в деле деофшоризации.

Время призывов и уговоров, на мой взгляд, прошло. Сейчас нужно действовать — твердо, продуманно, взвешенно».

0 thoughts on “Коррупция: казнить, нельзя помиловать

Добавить комментарий